Рядом с тренировочным залом, в оружейной, воин, выдернутый из своего медитативного состояния сигналом тревоги, раздавшимся в голове, отбросил прочь тряпочку с полировочным порошком и отложил набор кинжалов. Прихватив перевязь с верным мечом, Гал ринулся наверх. Чутье подсказывало ему: что-то случилось.
В далеком Дорим-Авероне Мирей вздрогнула, пронзенная стрелами почти физической боли. Дома беда?! Что? Терпеливо закончив быстрый осмотр последнего пациента, жрица обернулась к женщинам, внимавшим ее наставлениям по уходу за больным, и сказала:
— Мне пора. Нужные травы я оставляю, дальше справитесь сами. Да хранит свет ваши пути!
Прихватив посох и мешок, целительница телепортировалась домой.
Первым в зале совещаний материализовался призрак, не нуждавшийся в дверях и коридорах для перемещения плоти. Он еще успел уловить затухающий отсвет зеркальной поверхности, тут же метнулся к брошенной в кресле ткани, и, переместившись к зеркалу, накинул на него покрывало. Потом Рогиро осторожно огляделся вокруг, нахмурился при виде распростертых у стены тел Рэнда, Эльки и Макса, явно отброшенных прочь какой-то силой. Они дышали, но были без сознания. Кажется, ковер смягчил удар при падении. Жалобно попискивал, тычась в руку хозяина, одинокий Рэт, уже и так испытавший сегодня немало душевных потрясений.
Через долю секунды после того, как зеркало было осторожно накрыто изолирующим материалом, в зал смертоносным вихрем, свитым из плоти и стали, влетел Гал. Бросив взгляд на меч, воин убедился в том, что врагов или опасности, какая бы она не была, поблизости уже нет, убрал оружие в ножны и метнулся к Эльке.
— Нет, сеор, стойте! — крикнул Рогиро, заступая дорогу Эсгалу, но, к сожалению, не обладая плотью, призрак лишь пропустил упрямого мужчину сквозь себя.
Бросившись на колени рядом с Еленой, Гал протянул руку к ее шее, чтобы нащупать пульс. Но едва пальцы воина коснулись бледной кожи девушки, раздался беззвучный гром, новая вспышка янтарно-белого света, мужчину тряхнуло, и он, как подкошенный, рухнул на ковер рядом с Элькой, точно безутешный влюбленный.
— О демоны, — растерянно процедил Рогиро. — Теперь их уже четверо! И что прикажете делать мне?
Как раз этот момент и застала встревоженная Мирей, появившаяся перед зеркалом наблюдения.
— Замрите, не шевелитесь, сеорита! — грозно крикнул призрак, опасаясь, что еще секунда и тел станет пять.
— Что случилось, Рогиро? — моментально замерев, испуганно спросила эльфийка.
— Мне кажется, ваши друзья, — кивок в сторону тел, — экспериментировали с этим предметом, — кивок в сторону занавешенного зеркала, — и что-то пошло не так, — констатировал призрак.
— Я должна осмотреть их, — решительно заявила Мирей, тряхнув головой.
— Поостерегитесь, сеорита, сеор Эсгал уже пытался это сделать, я не успел его остановить, и вот результат, — нахмурился Рогиро.
— Но что же делать? — не смогла смириться со своей беспомощностью жрица-целительница.
— Вызовите мага, пусть проверит, под воздействием каких чар находятся ваши друзья. Кажется, с сеором Форо он уже завершил беседу, — посоветовал призрак.
— Лукас! — повернувшись к зеркалу наблюдений, закричала Мирей неизвестно откуда взявшимся грозным командным голосом.
— В чем дело, мадемуазель? — поинтересовался маг, появляясь перед эльфийкой. Видно, ему пришло в голову, что медлить, когда всегда тактичная жрица кричит столь повелительно, не стоит.
— В них, — повернулась в сторону четырех тел Мирей, стараясь казаться спокойной и собранной, только сжимались до боли в кулачки тонкие руки. — Рогиро сказал, что это магия зеркала, и их нельзя трогать. Эсгал попробовал и теперь тоже лежит.
Нахмурившись, Лукас шагнул ближе к распростертым в беспамятстве коллегам и, протянув руки ладонями вперед, пробормотал что-то вроде этого: "энлис медж инфлюэ". С пальцев мага посыпались мелкие розовые искры, встряхнув кистями, мосье поводил руками над телами, потом повернулся к зеркалу и проделал ту же процедуру, только на сей раз искры сыпались серебристо-стеклянные.
— Магический фон почти в норме, — проведя сканирование местности, заключил Лукас, и, поймав скептический взгляд Рогиро, прибавил, — настолько, насколько он вообще может быть нормальным здесь. Некоторое излучение, как предмет волшебный, дает зеркало и, что странно, мосье Эсгал. Все остальные находятся в состоянии слабого магического шока — последствие энергетического удара. Это не опасно, но приводить их в себя я пока не советую, целесообразнее подождать, скоро очнуться сами.
— Тогда я пока посмотрю, не пострадали ли они физически, — решила Мирей, бросила в кресло сумку, прислонила к стене посох и направилась к телам друзей.
— Интересно, — задался вопросом маг, пока жрица хлопотала над пребывающим в отключке Максом. — Почему все-таки пострадал мосье Эсгал. Неужели мадемуазель Элька каким-то образом вобрала в себя опасное излучение и поразила им воина, коснувшегося ее?
— Как ты можешь так спокойно рассуждать об этом? — негодующе прошипела целительница, становясь похожа на рассерженную желтоглазую кошку, не бьющую хвостом только за неимением оного. — Они же твои друзья!
— Конечно, но я не целитель, мадемуазель, и пока ничем помочь не могу, — примирительно ответил маг, складывая на груди руки. — Единственное, что мне по силам, так это попытаться выстроить гипотезу происшедшего. Кроме того, ничего поистине трагического не случилось. Наши друзья живы и относительно здоровы, а несколько синяков — не слишком большая плата за неумеренное любопытство.